История Лос-Анджелеса на рубеже 19-20 веков связана не только с киноиндустрией или стремительной урбанизацией, но и с уникальными предпринимательскими инициативами, формировавшими имидж региона. Одной из самых известных стала страусиная ферма Эдвина Каустона, действовавшая в Южной Пасадене и сыгравшая немаловажную роль в развитии туризма, местной экономики и городского бренда. Этот проект объединил сельское хозяйство, международную торговлю и опережавшую свое время рекламную стратегию. Далее на los-angeles.name.
Путь в Калифорнию
Эдвин родился в 1866 году вблизи Лондона в семье успешного финансиста. В молодом возрасте он путешествовал по Соединенным Штатам и заинтересовался возможностями страусиного бизнеса после ознакомления с материалами о спросе на перья в модной индустрии викторианской эпохи. В 1885 году Каустон отправился в Южную Африку с намерением приобрести птиц и изучить технологию их разведения. Однако из-за высоких экспортных пошлин он организовал транспортировку страусов через другой регион во избежание финансовых барьеров. В 1886 году Эдвин прибыл в Лос-Анджелес вместе с десятками страусов. Именно это явилось началом одного из самых известных предприятий региона.
Сначала предприниматель приобрел землю в Норвок, где создал производственную ферму. Основная цель заключалась в разведении птиц и сборе перьев для международного рынка. Вместе с тем, фермер экспериментировал с форматами представления бизнесу публике. Один из ранних проектов – выставочная ферма при развлекательном комплексе в Лос-Анджелесе.
Создание туристической фермы
В середине 1890-х годов Эдвин положил начало новому формату — специально обустроенной ферме в Южной Пасадене. Эта площадка стала не только производственным центром, но и туристической достопримечательностью. Территория была украшена садами, тематическими зонами и торговыми помещениями. Комплекс включал декоративные сады, чайный павильон в японском стиле, магазин с сувенирами, фабрику по окраске страусиных перьев, а также большие отряды для птиц. Гости могли кормить страусов, фотографироваться с ними или даже попытаться прокатиться в тележке, которую тащила птицу. Самые смелые туристы пытались оседлать живого страуса, хотя такое развлечение часто заканчивалось тем, что птица быстро сбрасывала всадника. Ферма стала популярной настолько, что ее включили в маршрут электрической железной дороги Pacific Electric Railway. Путешественники могли покупать специальные билеты с возможностью совершить остановку на ферме во время поездки между Пасаденой и Лос-Анджелесом.
В 1902 году представители торгово-промышленных организаций города посетили ферму, чтобы собственными глазами увидеть процесс собирания страусиных перьев. Через год Торговая палата даже подарила Коустону огромную цветную фотографию страусов. Ферма регулярно появлялась в рекламных кампаниях, а ее изображения печатали на листовках, рассылаемых по всему миру. Она рекламировалась в популярных журналах, в частности в Harper’s Weekly, Colliers, The Saturday Evening Post, Sunset Magazine и Ladies’ Home Journal. В 1904 году сообщалось, что владелец потратил почти 61 тысячу долларов на рекламу — огромную сумму того времени. Его кампании фактически сделали ферму международным туристическим памятником.
Для Южной Пасадены ферма стала подлинным символом города. Она привлекала туристов со всего мира, а страусиные перья заказывали почтой клиенты из Европы и США. Когда в начале 20 века обсуждалась возможность сменить название города, чтобы дистанцироваться от соседней Пасадены, фермер выступил против. Он заявил, что название Южная Пасадена уже известно клиентам в США и Европе и его изменение может повредить бизнесу. Предприниматель даже пригрозил перенести ферму в другой город. В результате власти отказались от переименования и название Южная Пасадена сохранилось.
Технологические инновации
Ферма стала известна не только благодаря экзотическим птицам, но и благодаря техническим нововведениям. На ее территории использовался большой солнечный отражатель. Это конусообразное устройство напоминало современную спутниковую антенну и работало как ранний прототип солнечных панелей. Он концентрировал солнечный свет и употреблял полученную энергию для работы водяных насосов на ферме. Для конца 19 века это было подлинным технологическим прорывом, привлекающим внимание как туристов, так и инженеров.
В начале 20 века хозяйство активно расширялось. К 1900 году количество птиц значительно увеличилось, а ферма стала одним из самых больших центров разведения страусов в США. По сообщениям британского журнала The Harmsworth Magazine, одна пара страусов на ферме могла вырастить до 37 птенцов в год, в то время как в природе этот показатель обычно не превышает десятка. К началу 20 века на фермах содержали около 700 птиц: около 500 особей в Норфолке и еще 200 страусов в Южной Пасадене. Многие из них имели собственные имена.
Воздействие на развитие Южной Калифорнии
Страусиная ферма стала важным элементом имиджа региона. Она регулярно упоминалась в публикациях торгово-промышленных организаций и городских инициатив по продвижению Лос-Анджелеса как перспективного центра развития. Местная община воспринимала ферму как символ прогресса. Она способствовала формированию положительного образа Южной Пасадены, а также подчеркивала инновационность предпринимательского подхода. Предприятие послужило примером того, как частная инициатива может влиять на городское планирование и туристическую привлекательность.
На рубеже 19 и 20 веков в США начали активно развиваться организации защиты животных. Фермер пытался доказать, что его бизнес не наносит вреда страусам. Он объяснял, что перо не вырывают, а осторожно подрезают ножницами. Такой метод не повреждает фолликулы и птицы могут отращивать новые перья. Во время процедуры на страуса надевали специальный капюшон, чтобы успокоить его. Он сравнивал этот процесс со стрижкой овец и отмечал, что страусы не погибают ради моды, в отличие от многих других птиц, которых тогда массово уничтожали для производства шляп.
В 1900-х годах Каустон равномерно отошел от активной деятельности. Он часто путешествовал в Англию и начал продавать свои фермы. В 1911 году он продал страусиные хозяйства за примерно 1,25 миллиона долларов — огромную сумму того времени. После этого предприниматель вернулся в Великобританию, где в переписи населения 1911 указал свою профессию как “пенсионер, калифорнийский страусиный фермер”. Эдвин Каустон скончался 29 июня 1920 года в Англии от сердечной болезни в возрасте 54 лет. Его ферма продолжала работать еще несколько лет, но без харизматичного основателя утратила былую популярность. Изменения в моде тоже сыграли свою роль. В 1920-х годах страусиные перья перестали быть обязательным элементом женских шляп, а во время Великой депрессии спрос на роскошные аксессуары практически исчез. Ферма окончательно прекратила свою деятельность в 1935 году. Здание в Южной Пасадене позже было снесено, а его материалы использовали для строительства жилья для ветеранов.
Ферма Эдвина послужила примером того, как инновационное предпринимательство может формировать туристическую инфраструктуру города. Она повлияла на развитие Южной Пасадены, способствовала популяризации региона на международном уровне и стала частью культурной идентичности Лос-Анджелеса.
